Пилотное решение о возврате «старых» банковских вкладов в иностранной валюте

04.12.2014
автор: echr.coe.int

Пилотное решение о возврате «старых» банковских вкладов в иностранной валюте 

Решение Большой Палаты Европейского суда по правам человека “Алишич и другие (Ališić and others) против Боснии и Герцеговины, Хорватии, Сербии, Словении и “бывшей Югославской республики Македония”, № 60642/08, 16 июля 2014 года

Нарушение статьи 13 Конвенции и статьи 1 § 1 Протокола № 1 к Конвенции.

Пилотное решение в соответствии со статьей 46 Конвенции: Словения и Сербия обязаны применить общие меры для возврата заявителям и другим лицам в подобной ситуации их «старых» вкладов в иностранной валюте после распада Федеративной Союзной республики Югославия (далее – ФСРЮ). Суд установил компенсацию нематериального вреда каждому из троих заявителей в размере 4 000 евро.

Фактические обстоятельства

Заявители, три гражданина Боснии и Герцоговины, Ms Emina Ališić, Mr Aziz Sadžak and Mr Sakib Šahdanović, а первый заявитель также является гражданином Германии, родились в 1976, 1942 и 1959 годах соответственно, и проживают в Германии. В 1989-90-х годах ФСРЮ была привлекательной для своих граждан, чтобы делать вклады на депозит в иностранной валюте с высокими процентными ставками и гарантиями государства в случае банкротства или «явного банкротства». Вкладчики также имели право снять свои сбережения с начисленными процентами в любое время. Первый и второй заявители хранили свои вклады в Ljubljanska Banka Sarajevo, а третий в Tuzla, филиал Investbanka. После реформ 1989-90-х годов Ljubljanska Banka Sarajevo стала филиалом Ljubljanska Banka Ljubljana, который взял на себя предыдущие права, активы и обязательства. Investbanka стал независимым банком со штаб-квартирой в Сербии и филиалами, в том числе и филиалом Tuzla в Боснии и Герцеговине. В течение этого периода, конвертируемость динара (денежная единица) и очень благоприятные обменные курсы привели к массовому снятию иностранной валюты у коммерческих банков, что побудило ФСРЮ принять экстренные меры, чтобы это ограничить. После распада ФСРЮ «старые» валютные депозиты остались замороженными у государств-преемников, которые, однако, согласились выплатить их национальным банкам. В Боснии и Герцеговине Конституционный Суд рассмотрел многочисленные индивидуальные жалобы, касающиеся сбоев в погашении «старых» сбережений в иностранной валюте национальными филиалами Ljubljanska Banka Ljubljana и Investbanka. Конституционный Суд не установил никакой ответственности Боснии и Герцеговины и ее образований, вместо этого постановил, чтобы государство помогло клиентам этих филиалов получить свои сбережения из Словении и Сербии соответственно. В рамках переговоров по Соглашению о вопросах правопреемства, переговоры о распределении гарантий ФСРЮ «старых» сбережений в иностранной валюте были проведены в 2001 и 2002 годах. Государства-преемники не смогли прийти к соглашению, тем не менее в 2002 году Банк международных расчетов сообщил, что он не будет принимать дальнейшего участия в этом вопросе. Заявители жаловались, что они не были в состоянии изъять свои сбережения в иностранной валюте. В соответствии с данными материалов дела, состоянием на 31 декабря 1991 года, баланс первого и второго заявителей в Сараево, филиале Ljubljanska Banka Ljubljana, был 4 715 немецких марок (DEM) и 129 874 DEM соответственно, а у третьего заявителя в Tuzla, филиал Investbanka, – 63 880,4 австралийских шилинга и 73 американских долара (USD).
Решение Суда

Касательно нарушения статьи 1 § 1 Протокола № 1 к Конвенции. Суд установил, в частности, что вне разумного сомнения заявители имели вышеуказанные суммы на депозитах банков, и они подпадают под определение «собственности» в свете статьи § 1 Протокола № 1 к Конвенции (см. Gayduk and Others v. Ukraine (dec.), no. 45526/99, decision of 2 July 2002; Merzhoyev v. Russia, no. 68444/01, § 48, 8 October 2009; Suljagić v. Bosnia and Herzegovina, no. 27912/02, § 35, 3 November 2009; Boyajyan v. Armenia, no. 38003/04, § 54, 22 March 2011; Kotov v. Russia [GC], no. 54522/00, § 90, 3 April 2012; и A. and B. v. Montenegro, no. 37571/05, § 68, 5 March 2013). В своем решение о приемлемости Палата установила, что законодательные гарантии ФСРЮ в отношении «старых» сбережений в иностранной валюте в Ljubljanska Banka Ljubljana и Investbanka не были активированы до распада ФСРЮ и что соответствующая ответственность следовательно не перешла от тех банков к ФСРЮ до момента ее распада. Большая Палата ободрила вывод Счетной Палаты в этом отношении. Кроме того, она подчеркнула, что эти два банка остались ответственными за «старые» сбережения в иностранной валюте в боснийско-герцеговинских филиалах после распада ФСРЮ. Суд перешел к анализу, несут ли ответственность Сербия или Словения за невозможность этих банков погасить свои долги перед заявителями. Правительство Словении национализировало Ljubljanska Banka Ljubljana и перевело большую часть активов в новый банк, в то же время подтверждая, что старый Ljubljanska Banka продолжает нести ответственность за «старые» сбережения в иностранной валюте в филиалах других государств-преемников после распада ФСРЮ. Действительно, Словения была единственным акционером Ljubljanska Banka, который администрировало правительственная организация. К тому же, Словения в значительной степени несла ответственность за неспособность банка обслуживать свои долги (так как большая часть активов была переведена в другой банк) и имеются доказательства в материалах дела, что большинство средств Sarajevo, филиала Ljubljanska Banka Ljubljana, оказались в Словении. Соответственно она отвечала за долги Ljubljanska Banka Ljubljana первого и второго заявителей. Что касается Investbanka, то он был государственной собственностью Сербии, и контролировался сербской правительственной организацией. Кроме того, в какой-то момент банк был обязан списать свои значительные претензии к государственным и социальным компаниям в ущерб себе и его заинтересованных сторон. Сербия таким образом расположила активы Investbanka как она считала нужным, что привело Суд к выводу о том, что основания были достаточными чтобы считать Сербию ответственной по долгам Investbanka к третьему заявителю. Что касается неспособности заявителей распоряжаться своими «старыми» сбережениями в иностранной валюте с 1991-91 годов, то объяснение сербского и словенского правительств задержки восновном касается обязанности по доброй воле вести переговоры по этому поводу с государствами-преемниками в соответствии с требованиями международного права. Тем не менее, обязательство вести переговоры не помешало государствам-преемникам принять меры по защите интересов вкладчиков. Правительство Хорватии погасило большую часть «старых» сбережений своих граждан в иностранной валюте в Zagreb, филиале Ljubljanska Banka Ljubljana, и правительство Македонии погасило значительную часть сбережений в филиале этого банка Skopje. В то же время эти два правительства никогда не отказывались от позиции, что правительство Словении должно нести ответственность и продолжали требовать компенсации на межгосударственном уровне в ходе поэтапных переговоров. Кроме того, сербское и словенское правительства настаивали на том, что во время переговоров с государствами-преемниками, было принято решение касательно ответственности по долгам банков в Боснии и Герцеговине на основании принципа территориальности. Суд не поддержал ссылку на принцип «справедливой доли», который должен быть применен в рамках международного права касательно правопреемства государств. Хотя некоторые задержки в выплате указанной выше задолженности могут быть оправданы в исключительных обстоятельствах и, несмотря на широкую свободу усмотрения государствам-ответчикам в этой сфере, продолжающаяся неспособность заявителей распоряжаться своими сбережениями на протяжении более двадцати лет была непропорциональной. Соответственно была нарушена статья 1 § 1 Протокола № 1 к Конвенции.

Суд подчеркнул, что несмотря на вышеизложенные выводы ни одно государство не в состоянии восстановить обанкротившийся банк без какой-либо ответственности за долги этого банка в соответствии со статьей 1 § 1 Протокола № 1 к Конвенции. Учитывая этот контекст, ситуация в данном случае была уникальной и отличается от других дел касающихся восстановления обанкротившегося частного банка. Таким образом, было нарушение в отношении первого и второго заявителя со стороны Словении; в отношении третьего заявителя нарушение было установлено со стороны Сербии; а также не было установлено никаких нарушений других государств ответчиков по данному делу.

Суд также установил единогласно нарушение статьи 13 Конвенции по Словении касательно первого и второго заявителей и Сербии по отношению к третьему заявителю (см. Roche v. the United Kingdom [GC], no. 32555/96, § 137, ECHR 2005-X; Sejdić and Finci v. Bosnia and Herzegovina [GC], nos. 27996/06 and 34836/06, § 60, ECHR 2009; и Paksas v. Lithuania [GC], no. 34932/04, § 114, ECHR 2011).

Было более 1850 заявлений, поданных от более, чем 8 000 заявителей, уже находившееся на рассмотрении Суда и тысячи потенциальных претендентов. По этой причине было целесообразно в случае заявителей применить процедуру пилотного решения в соответствии со статьей 46 Конвенции. В связи с выявленной системной проблемой, Суд считает, что общие меры на национальном уровне, несомненно, были необходимы для исполнения этого решения. Примечательно, что в течение одного года, под надзором Кабинета министров, Словения и Сербия должны принять необходимые меры, включая законодательные изменения, с тем, чтобы заявители и все другие лица в подобной ситуации, могли возвратить свои «старые» сбережения в иностранной валюте на тех же условиях, что и их граждане, которые имели такие сбережения в национальных филиалах сербских и словенских банков. Хотя не было никакой необходимости указывать, чтобы всем пострадавшим была предоставлена компенсация за причиненный им вред в виде невозможности пользоваться своими сбережениями в течение более чем двадцати лет, Суд указал, что он может пересмотреть этот вопрос, если отвечающие государства не применят общие меры, упомянутые выше. Наконец, Суд решил отложить рассмотрение подобных дел против Сербии и Словении на один год.