Отсутствие возможности пересмотра приговора о пожизненном лишении свободы нарушает статью 3 Конвенции

Текст решения ЕСПЧ (англ.)

Текст перевода решения ЕСПЧ (рус.)

15 сентября 2015 года Европейский суд по правам человека вынес решение Кайтан проти Турции (№ 27422/05), признав нарушение статьи 3 Конвенции по причине отсутствия возможности пересмотра приговора о пожизненном лишении свободы заявителя и присудив ему компенсацию в размере 1 000 в счет возмещения затрат и расходов.

Факты

В марте 2002 года в отношении заявителя заочно было возбуждено уголовное дело за его принадлежность к РПК (Рабочей Партии Курдистана), незаконной вооруженной организации. В обвинительном заключении прокурор ссылался, среди прочего, на признательные показания некоторых обвиняемых лиц, которые в своих заявлениях в полицию, утверждали, что заявитель был вовлечен в ряд действий террористической направленности с 1991 года. На заявителя было оформлено «красное уведомление» через Интерпол.

В неустановленный день заявитель был арестован в Сирии. Заявитель содержался в Штаб-квартире службы безопасности города Дамаск предположительно двадцать три дня, после чего был передан турецким властям 15 августа 2003 года. 

20 августа 2003 года прокуратура города Эрзурум подала дополнительное обвинительное заключение, в котором выдвинула заявителю обвинение в соответствии со статьей 125 действовавшего на тот момент Уголовного кодекса в попытке свержения конституционного строя и единства турецкого государства, и выведения части страны из-под контроля государственных органов.

21 сентября 2004 года суд присяжных города Эрзурум признал заявителя виновным в инкриминируемых ему деяниях. В мотивированном приговоре, суд установил, что заявитель принимал участие, по меньшей мере, в 15 вооруженных нападениях, совершенных в период до 1992 года, из 59 эпизодов, в совершении которых он обвинялся. В их число вошли те нападения, в совершении которых заявитель признался во время его допроса жандармами, а затем прокурором, такие как: поджог трех начальных школ, ограбления нескольких деревенских охранников и столкновения с силами безопасности. Данные нападения хронологически корреспондировали друг с другом и с многочисленными официальными документами, связанными с этими событиями. Кроме того, суд постановил, что совершения этих нападений является достаточным основанием для признания заявителя виновным в совершении преступления, предусмотренного статьей 125 действующего на тот момент Уголовного кодекса, и подчеркнул, что только после проведения нескольких судебных заседаний заявитель отказался от своих первоначальных показаний и утверждал, что он принимал участие в вооруженных нападениях, в которых террористы были убиты, и отрицал свою причастность к тем, в которых были убиты сотрудники сил безопасности. Суд указал, что доводы заявителя не могут быть признаны надежными с точки зрения хронологии событий. Суд также заявил, что на протяжении уголовного дела заявитель последовательно и с гордостью заявлял, что он был членом нелегальной организации и был ответственен за пропагандирование ее идей, и он не выявил ни малейшего раскаяния, которое указывало бы на вероятность того, что он не планирует повторять подобные преступления. Наконец, суд указал, что заявитель отказался даже от возможности использования закона № 4959 для улучшения своего положения (отдельные пункты статьи 4 упомянутого закона предусматривают применение наказания в виде лишения свободы на срок от 12 до 19 лет взамен «пожизненного заключения за совершение преступления при отягчающих обстоятельствах», в случае предоставления подлинной информации о структуре террористической организации или ее деятельности) и, соответственно, приговорил его к «пожизненному заключению за совершение преступления при отягчающих обстоятельствах».

7 января 2005 года кассационный суд оставил приговор в силе.

Оценка Суда

Суд отмечает, что заявитель был приговорен к отбыванию пожизненного наказания за совершение особо опасного преступления – за террористическую деятельность, направленную на свержение конституционного строя и единства турецкого государства, и выведения части страны из-под контроля государственных органов. Такое наказание означает, что он останется в тюрьме до конца своей жизни, независимо от соображений, связанных с его опасностью и без возможности условно-досрочного освобождения даже после определенного срока содержания под стражей (см. Öcalan (no. 2), §§ 182-186, выводы Суда относительно жалобы в соответствии со статьей 7 Конвенции).

Суд отмечает, что заявитель был осужден по статье 125 действовавшего на тот момент Уголовного кодекса, и в соответствии со статьей 107 Закона № 5275 «О приведении приговоров в исполнение и мерах безопасности», его правовое положение исключает применение условно-досрочного освобождения или применения срока давности (см.Öcalan (no. 2), § 202).

Несмотря на то, что освобождение по состоянию здоровья предусмотрено в национальном законодательстве, Суд напоминает, что возможность такового, либо амнистии, не рассматриваются как отвечающие понятию «перспектива освобождения» на законных основаниях (Vinter and Others, § 129, и Öcalan (no. 2), § 203).

С другой стороны, если национальное законодательство не предусматривает какого-либо механизма или возможности для пересмотра срока пожизненного заключения, несовместимость со статьей 3 соответственно, возникает уже в момент вынесения пожизненного приговора, а не на более поздней стадии непосредственного лишения свободы (Vinter and Others, § 122).

Таким образом, Суд считает, что в материалах дела нет никаких оснований, аргументов, либо любых примеров национальных судебных решений, которые позволили бы отойти от предыдущих выводов Суда в вышеуказанном делеÖcalan (no. 2). Поэтому Суд определяет, что была нарушена статья 3 Конвенции.

Суд также считает необходимым подчеркнуть тот факт, что заявитель не пытался утверждать об отсутствии законных оснований для его дальнейшего содержания под стражей, и напоминает, что установление факта нарушения не может быть истолковано как возможность дальнейшего освобождения от отбывания наказания (Vinter and Others, §§ 108, 120 и 131, Öcalan (no. 2), § 207; см. также Harakchiev and Tolumov, §§ 247 268).

Текст решения ЕСПЧ (англ.)

Текст перевода решения ЕСПЧ (рус.)