Тимофеев против России

Дата: 23.10.2003
Країна: Россия
Судовий орган: Европейский суд по правам человека
Номер справи: 58263/00
Коротко: Нарушение статьи 6 § 1 Конвенции: длительное неисполнение судебных решений // Нарушение статьи 1 Протокола 1: право на владение имуществом // Заявитель может считаться «жертвой» в целях статьи 34 Конвенции

Тимофеев против России.pdf

Европейский Суд по правам человека

ТРЕТЬЯ СЕКЦИЯ

ДЕЛО ТИМОФЕЕВ ПРОТИВ РОССИИ

(Жалоба №58263/00)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ СУДА

СТРАСБУРГ

23 октября 2003 года

По делу Тимофеев против России,

Европейский Суд по правам человека (Третья секция), заседая палатой в составе:

Г-на Г. Ресс, Председателя,

Г-на И. Кабрал Баррето,

Г-на П. Кюрис,

Г-на Б. Зупанчич,

Г-жи М. Цаца-Николовска,

Г-на К. Трайя,

Г-на А. Ковлер, – судей,

и г-на В. Бергер, секретаря секции, проведя заседание 2 октября 2003 года за закрытыми дверями, вынес 3 июля 2003 года следующее Постановление:

ПРОЦЕДУРА

1. Дело было инициировано жалобой (№58263/00) против Российской Федерации, поданной в Суд согласно статье 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод ( далее – Конвенция) гражданином России г-ном Николаем Васильевичем Тимофеевым ( далее – заявитель) 17 марта 2000 года.

2. Российское Правительство ( далее – Правительство) было представлено своим агентом, г-ном П.А. Лаптевым, уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека.

3. Заявитель утверждал, в частности, что неисполнение окончательного судебного решения в его пользу было несовместимо с Конвенцией.

4. Жалоба была передана в производство во Вторую секцию Суда (Правило 52 §1 Регламента Суда). Внутри этой секции была образована Палата для рассмотрения настоящего дела (статья 27 §1 Конвенции), как предусмотрено Правилом 26 §1.

5. 1 ноября 2001 года Суд поменял состав своих секций (Правило 25 §1). Данное дело было передано на рассмотрение новому составу Третьей секции (Правило 52 § 1).

6. Решением от 5 сентября 2002 года Суд объявил жалобу частично приемлемой.

ФАКТЫ

I . ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

7. Заявитель родился в 1948 году и проживает в Орске.

1. Преследования Советского режима и последующая реабилитация

8. В 1981 году против заявителя было возбуждено уголовное дело по обвинению в распространении антисоветской пропаганды. 30 июля 1981 года милиция провела обыск в его доме и конфисковала определенные вещи – радио, аудио записи, книги, газетные вырезки и рукописи – которые, как было заявлено, он использовал в своей незаконной деятельности.

9. 7 апреля 1982 года Оренбургский областной суд признал заявителя невиновным по причине умопомешательства и распорядился направить его в психиатрическую лечебницу.

10. 23 апреля 1986 года Октябрьский районный суд Орска постановил, что психическое здоровье заявителя улучшилось и его можно отпустить.

11. 15 сентября 1992 года Оренбургская областная общественная прокуратура выпустила постановление с признанием, что заявитель подвергся незаконному преследованию со стороны государства. Заявителя восстановили в его правах.

2. Иск о компенсации и принудительном исполнении

12. С 1995 по 1997 год заявитель предпринял несколько неудачных попыток вернуть имущество, конфискованное в 1981 году. Его запросы в прокуратуры и организации, на тот момент времени владевшие этим имуществом, были отклонены.

13. 28 июня 1996 года заявитель подал иск о восстановлении во владении против Оренбургской областной общественной прокуратуры и Орского городского комитета добровольного общества содействия армии, воздушным силам и флоту. Он также подал иск против Орского городского совета о взыскании убытков.

14. 22 июля 1998 года Ленинский районный суд Орска частично удовлетворил иски заявителя и распорядился, чтобы Департамент Федерального Казначейства выплатил заявителю 2 570,92 российских рубля ( RUR ) компенсации и RUR 200 за юридические издержки. По апелляции Гражданская палата Оренбургского областного суда 8 декабря 1998 года оставила это судебное решение в силе.

15. 5 февраля 1999 года заявитель подал исполнительный лист в отношении судебного решения от 22 июля 1998 года в канцелярию Октябрьского районного суда.

16. Его вовремя не уведомили о том, была ли начата процедура принудительного исполнения или какие действия были предприняты во исполнение судебного решения. По этой причине, он начал судебное преследование судебного пристава, отвечающего за исполнение. 14 мая 1999 года Октябрьский суд вынес решение в пользу заявителя, постановив, что судебный пристав действовал незаконно. Заявителя также проинформировали, что обязанность по принудительному исполнению судебного решения была передана другой службе судебных приставов – Ленинской службе судебных приставов Оренбурга.

17. 25 мая 1999 года Ленинский суд издал разъяснение о том, как его решение от 22 июля 1998 года должно быть принудительно исполнено. Он подтвердил, что даже хотя Министерство финансов было ответчиком по делу, компенсацию должен выплатить Департамент Казначейства – власти, отвечающие по долгам министерства. Заявитель подал апелляцию, настаивая, что реквизиты банковского счета должника следует включить в резолютивную часть судебного решения для упрощения принудительного исполнения. Апелляция была отклонена 8 июля 1999 года.

18. Поскольку никакого прогресса по процедуре принудительного исполнения достигнуто не было, на неуказанную дату заявитель возбудил новое судебное преследование против судебного пристава за профессиональную халатность. 28 июля 1999 года Ленинский районный суд Оренбурга рассмотрел жалобу и отклонил ее. Он постановил, что судебный пристав законно приостановил производство по принудительному исполнению, поскольку исполняющий обязанности общественного прокурора Оренбургской области принес протест в порядке надзора на судебное решение от 22 июля 1998 года. Суд указал, что по национальному праву принудительное исполнение могло быть приостановлено в ожидании пересмотра в порядке надзора. Апелляция заявителя была отклонена областным судом 23 сентября 1999 года.

19. 3 февраля 2000 года судебный пристав попытался наложить арест на счета Департамента Федерального Казначейства. Департамент оспорил действия судебного пристава в суде. Жалоба была удовлетворена Центральным районным судом Оренбурга 23 марта 2000 года. Суд пришел к выводу, что изъятие активов департамента было незаконным, поскольку в соответствии с разъяснением, данным 25 мая 1999 года в отношении принудительного исполнения, этот долг должен был быть погашен Казначейством Российской Федерации. Заявитель не знал об этом судопроизводстве и его не вызвали на слушания. Он успешно поставил этот вопрос в апелляции в Оренбургский суд. Решение от 23 марта было отменено и дело было направлено на новое рассмотрение.

20. 9 февраля 2000 года Ленинский суд отказал в ходатайстве заявителя о принудительном исполнении судебного решения иным образом. Его апелляция против этого решения была отклонена 21 марта 2000 года.

21. 10 и 21 февраля 2000 года судебный пристав приостанавливал производство по принудительному исполнению, поскольку Департамент Казначейства запрашивал пересмотр судебного решения от 22 июля 1998 года в порядке надзора.

22. В марте 2000 года заявитель узнал, что Председатель областного суда приостановил исполнение из-за проходившего пересмотра судебного решения от 22 июля 1998 года в порядке надзора. Заявитель подал жалобу на Председателя, которая была отклонена 12 апреля 2000 года Советским районным судом Орска как не подлежащая судебному рассмотрению. Позже заявителя проинформировали, что приостановление исполнения было снято.

23. 27 сентября 2000 года старший судебный пристав Ленинской службы судебных приставов принял решение о необходимости остановить исполнение, поскольку исполнительный лист ясно не идентифицирует должника. Заявитель успешно обжаловал это решение в порядке апелляции: 16 ноября 2000 года Центральный районный суд Оренбурга постановил, что старший судебный пристав превысила свои полномочия, когда остановила производство по принудительному исполнению.

24. 30 ноября 2000 года судебный пристав, ответственный за дело заявителя, отозвала свое решение от 9 апреля 1999 года о начале принудительного исполнения, поскольку исполнительный лист четко не идентифицировал должника и его адрес. Заявитель успешно обжаловал это решение в Центральном суде: 1 марта 2001 года суд распорядился, чтобы судебный пристав продолжила принудительное исполнение судебного решения.

25. 14 декабря 2000 года тот же суд принял решение, что приостановка исполнения в ожидании пересмотра в прядке надзора была незаконной, и приказал судебному приставу продолжить исполнение.

26. 21 марта 2001 года судебный пристав обратился в Ленинский районный суд за разъяснением относительно того, как следует принудительно исполнить это судебное решение, какое законодательство следует применить и с каких счетов какого отделения Департамента Казначейства следует осуществить списание. Суд не удовлетворил запрос судебного пристава, поскольку исполнительный лист был достаточно четким, а суд некомпетентен, чтобы советовать судебному приставу возможные способы принудительного исполнения.

27. 4 апреля 2001 года исполняющий обязанности общественного прокурора Оренбургской области принес протест в порядке надзора на судебное решение от 22 июля 1998 года на том основании, что возмещение должно было быть присуждено за счет областных властей, а не за счет Департамента Казначейства. 16 апреля 2001 года Президиум Оренбургского областного суда удовлетворил протест прокурора и отменил судебные решения от 22 июля 1998 года и 8 декабря 1998 года. Дело было передано на новое рассмотрение.

28. 15 мая 2001 года Центральный районный суд Оренбурга отказал в удовлетворении ходатайства Департамента Казначейства о снятии ареста с его счетов. Вместо этого суд распорядился о прекращении исполнения, поскольку присужденный по судебному решению долг был отменен 16 апреля 2001 года.

29. 29 июня 2001 года Ленинский районный суд вынес новое решение по этому делу. Заявителю присудили RUR 2 869,50 в качестве компенсации за имущество и RUR 1 000 за юридические издержки. Финансовый департамент Орского городского совета должен был выплатить эту компенсацию. Иски о восстановлении во владении и о моральном ущербе были отклонены. Оренбургский областной суд 14 августа 2001 года отказал заявителю в апелляции на это судебное решение.

30. 18 декабря 2001 года судебный пристав закрыл производство по принудительному исполнению, поскольку присужденная сумма была зачислена на банковский счет заявителя 30 ноября 2001 года. Заявитель оспорил это решение в суде, утверждая, что он не получил деньги. 15 февраля 2002 года Ленинский районный суд установил недостаточность доказательств того, что присужденная сумма действительно была уплачена заявителю и отменил решение судебного пристава о закрытии принудительного исполнения.

31. Письмом от 31 октября 2002 года Правительство проинформировало Суд, что сумма, присужденная 29 июня 2001 года, была уплачена заявителю 30 ноября 2001 года.

32. Письмом от 18 октября 2002 года заявитель проинформировал Суд, что он не получил присужденные деньги.

II . СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ ВНУТРЕННЕЕ ПРАВО

33. Статья 9 Федерального закона «Об исполнительном производстве» от 21 июля 1997 года предусматривает, что постановление судебного пристава о возбуждении исполнительного производства должно устанавливать срок для добровольного исполнения ответчиком исполнительного листа. Этот срок не может превышать пяти дней. Судебный пристав также должен предупредить ответчика, что если он нарушит этот срок, то последуют принудительные действия.

34. В соответствии со статьей 13 этого Закона, исполнительное производство должно быть завершено в течение двух месяцев с момента получения судебным приставом исполнительного листа.

ПРАВО

I . СТАТУС ЖЕРТВЫ У ЗАЯВИТЕЛЯ

35. Прежде чем перейти к существу жалоб, Суд должен выяснить, продолжает ли и в какой степени заявитель оставаться жертвой заявленных нарушений Конвенции.

36. Суд повторяет, что решение или мера в пользу заявителя не являются в принципе достаточными, чтобы лишить его статуса «жертвы», кроме случаев, когда национальные власти признали прямо или по существу и затем предоставили возмещение за нарушение Конвенции (для дальнейших ссылок см. дело Burdov v . Russia , no . 589498/00, § 31, ECHR 2002- III ).

37. В соответствии с информацией, представленной Правительству – но оспариваемой заявителем – власти выплатили заявителю деньги, присужденные по судебному решению от 28 июня 2001 года. Даже если заявитель действительно получил эти деньги, Суд не считает этот платеж признанием, поскольку он не включает компенсации за нарушение права заявителя получить выгоду от присужденного по суду долга, как только его стало возможно принудительно получить.

38. Следовательно, заявитель все еще может считаться жертвой нарушения статьи 6 §1 Конвенции и статьи 1 Протокола №1.

II ЗАЯВЛЕННОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 6 §1 КОНВЕНЦИИ

39. Статья 6 §1 Конвенции гласит:

«Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях… имеет право на справедливое… разбирательство… судом…»

40. Суд повторяет, что статья 6 §1 обеспечивает каждого правом подать любой иск относительно своих гражданских прав и обязанностей в суд или трибунал; таким образом, она содержит «право на суд», в котором право на доступ, то есть право инициировать производство в судах по гражданским делам, составляет один аспект. Однако это право было бы иллюзорным, если бы внутренняя правовая система договаривающегося государства позволяла бы, чтобы окончательное, связывающее стороны судебное решение оставалось неработающим в ущерб одной стороне. Было бы невероятно, чтобы статья 6 §1 детально описывала процессуальные гарантии, предоставленные тяжущимся сторонам – судопроизводство, которое является справедливым, публичным и скорым – без защиты имплементации судебных решений; толкование статьи 6, как касающейся исключительно доступа к суду и проведения судопроизводства, вероятно, привело бы к ситуациям, несовместимым с принципом законности, который договаривающиеся государства приняли на себя обязательство соблюдать, когда ратифицировали Конвенцию. Исполнение судебного решения, вынесенного любым судом, следовательно, должно рассматриваться как неотъемлемая часть «судебного процесса» в целях статьи 6 (см. дело Burdov , процитированное выше, §34).

41. Суд отмечает, что судебное решение от 22 июля 1998 года, ставшее окончательным 8 декабря 1998 года, оставалось неисполненным, по крайней мере, до 30 ноября 2001 года, то есть почти три года.

42. Видимо, задержки в исполнении были вызваны незаконными действиями судебных приставов, бесчисленными отсрочками из-за вмешательства надзорных властей и неясности судебного решения. Суд полагает, что заявитель не должен оплачивать стоимость этого бездействия государства (см. с необходимыми поправками дело Burdov ,процитированное выше, §35). Суд считает неприемлемым, что судебный долг государства не оплачен в течение такого длительного периода времени.

43. Соответственно, имело место нарушение статьи 6 §1.

III . ЗАЯВЛЕННОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 1 ПРОТОКОЛА №1

44. Статья 1 Протокола №1 предусматривает:

«Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.

Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов.»

45. Суд повторяет, что «иск» может составлять «собственность» по смыслу статьи 1 Протокола №1 к Конвенции, если он достаточно обоснован, чтобы подлежать принудительному исполнению (см. для дальнейших ссылок дело Burdov , процитированное выше, §40).

46. Судебное решение Ленинского районного суда Орска от 22 июля 1998 года стало окончательным 8 декабря 1998 года. Но заявитель не получил от государства признанный судом долг, как только его стало возможно принудительно получить или, по крайней мере, в течение срока, установленного во внутреннем праве.

47. Не исполнив решение Ленинского районного суда Орска, национальные власти помешали заявителю получить деньги, которые он мог разумно рассчитывать получить. Правительство не выдвинуло никаких обоснований этого вмешательства.

48. Соответственно имело место нарушение статьи 1 Протокола №1.

IV . ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

49. Статья 41 Конвенции предусматривает:

«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне.»

50. Суд указывает, что в силу Правила 60 Регламента Суда любое требование о справедливом удовлетворении должно быть детализировано и представлено в письменной форме вместе с соответствующими подтверждающими документами или квитанциями, «несоблюдение этого может повлечь отклонение Палатой требования целиком или частично».

51. В данном деле 16 сентября 2002 года, после того, как жалоба была объявлена приемлемой, заявитель был приглашен для представления своих требований о справедливом удовлетворении. Он не представил в течение требуемого срока каких-либо подобных требований.

52. В таких обстоятельствах Суд не присуждает никаких сумм по статье 41.

ПО ЭТИМ ОСНОВАНИЯМ СУД ЕДИНОГЛАСНО

1. Постановил , что заявитель может считаться «жертвой» в целях статьи 34 Конвенции;

2. Постановил , что имело место нарушение статьи 6 §1 Конвенции;

3. Постановил , что имело место нарушение статьи 1 Протокола №1.

Совершено на английском языке, и уведомление о судебном решении направлено в письменной форме 23 октября 2003 года в соответствии с Правилом 77 §§ 2 и 3 Регламента Суда.

Винсент Бергер

Георг Ресс

Секретарь

Председатель