Палиутис против Литвы: немотивированный отказ суда рассмотреть ходатайство об утверждении администрацией округа детального плана территории

© Перевод Украинского Хельсинского союза по правам человека Официальное цитирование – Paliutis v. Lithuania, no. 34085/09, § …, 24 November 2015 Официальный текст (англ.)

ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

ЧЕТВЕРТАЯ СЕКЦИЯ

ДЕЛО ПАЛИУТИСА ПРОТИВ ЛИТВЫ

(Заявление № 34085/09)

РЕШЕНИЕ

СТРАСБУРГ

24 ноября 2015 года

Это решение станет окончательным при условиях, изложенных в статье 44 § 2 Конвенции. Оно может быть отредактировано.

По делу Палиутиса против Германии, Европейский Суд по правам человека (Четвертая Секция), заседая Палатой в составе: András Sajó, Председатель, Vincent A. De Gaetano, Boštjan M. Zupančič, Nona Tsotsoria, Krzysztof Wojtyczek, Egidijus Kūris, Iulia Antoanella Motoc, судьи, и Françoise Elens-Passos, Секретарь Секции, Рассмотрев дело в закрытом заседании 3 ноября 2015 года, Провозглашает следующее решение, принятое в этот день:

ПРОЦЕДУРА

1. Данное дело основано на заявлении (№34085/09) против Республики Литва, поданном в Суд в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – «Конвенция») гражданином Литвы, г-ном Антанасом Палиутисом (далее – «заявитель»), 12 июня 2009 года. 2. Заявителя представлял г-н К. Палиутис, адвокат, практикующий в Вильнюсе. Правительство Литвы (далее – «Правительство») представляла его уполномоченная, г-жа Бабните. 3. Заявитель утверждал, что ему было отказано в праве на справедливое судебное разбирательство, поскольку национальные суды отказались рассмотреть его иск, в нарушение статьи 6 § 1 Конвенции. 4. 4 декабря 20143 года Правительство было уведомлено об этом заявлении.

ФАКТЫ

I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

5. Заявитель родился в 1957 году и проживает в городе Вильнюс. 6. Заявитель владел земельным участком площадью 0,53 га в селе Тараилиаи (Таурагская область). В 2005 году он подал запрос в местные органы власти об изменении целевого назначения земли с сельскохозяйственного на жилищное строительство. В соответствии с национальным законодательством, такой запрос должен был быть сначала одобрен муниципальным советом, а затем утвержден администрацией округа. 7. Таурагский районный муниципальный совет удовлетворил запрос заявителя и подготовил подробный план территории (detalusis planas) (далее – «план»). Этот план был впоследствии подан на утверждение администрации округа Таураг (далее – «АОТ»). Тем не менее, 25 ноября 2005 года АОТ отказала в утверждении плана на том основании, что он не был подготовлен в соответствии с национальным законодательством, регулирующим процесс планирования. 8. Заявитель подал жалобу в Государственную инспекцию по планированию и строительству (далее – «Инспекция»), которая является компетентным учреждением по досудебному урегулированию споров, возникающих в процессе планирования. 10 августа 2006 года Инспекция постановила, что отказ АОТ в утверждении плана был необоснованным. 9. После решения Инспекции, Таурагский районный муниципальный совет повторно подал план в АОТ. Тем не менее, 13 ноября 2006 года АОТ проинформировала совет и заявителя, что она не будет пересматривать свое предыдущее решение об отказе в утверждении. 10. 22 декабря 2006 года Инспекция уведомила АОТ, что ее отказ утвердить план был необоснованным, и призвала ее пересмотреть это решение. Как представляется, АОТ не предприняла никаких действий в этом отношении. 11. В январе 2007 года заявитель подал иск в Клайпедский окружной административный суд. Он попросил суд предписать АОТ утвердить план. Следуя рекомендациям суда, в апреле 2007 года заявитель подал дополнительное ходатайство об отмене решения АОТ от 25 ноября 2005 года. 12. 4 мая 2007 года Клайпедский окружной административный суд отказал в удовлетворении иска заявителя. Суд постановил, что решения окружной администрации об утверждении детальных планов территорий действительны в течение одного года после их принятия. Если план не был принят в течение этого времени, решение стало недействительным, и план должен быть повторно подан на утверждение. Таким образом, суд пришел к выводу, что решение АОТ от 25 ноября 2005 года уже недействительно и не может иметь никакого влияния на ситуацию заявителя. Суд указал, что он не обладает компетенцией рассматривать правомерность недействительного акта, и отклонил иск. Он также постановил, что, в результате, не было никакой необходимости рассматривать остальные требования заявителя. 13. Заявитель обжаловал это решение суда. Он утверждал, в частности, что суд первой инстанции не рассмотрел его первоначальное ходатайство – предписать АОТ утвердить план. 14. 15 февраля 2008 года Высший административный суд удовлетворил апелляцию заявителя и вернул дело на повторное рассмотрение в суд первой инстанции. Высший административный суд отметил, что если администрация округа отказалась утвердить детальный план территории, этот план может быть повторно подан только после исправления указанных в отказе ошибок. Однако, если автор плана не согласен с указанными ошибками, ему или ей будет фактически отказано в доступе к суду, если разбирательство длится более года. Суд также отметил, что первоначальное ходатайство заявителя заключалось в том, чтобы предписать АОТ утвердить план, и что суд первой инстанции не сделал никаких выводов в этом отношении. 15. 16 октября 2008 года Клайпедский окружной административный суд, повторно рассмотрев дело, вновь решил отклонить иск заявителя. Суд постановил, что решения Инспекции, принятые в ходе процедуры досудебного урегулирования, являются обязательными для администраций округов (см. параграф 20 ниже). Соответственно, решения Инспекции от 10 августа 2006 года и 22 декабря 2006 года отменили решение АОТ от 25 ноября 2005 года. В результате, отказ АОТ в утверждении плана более не действителен, и суд не обладает компетенцией рассматривать его правомерность. Суд также постановил, что, таким образом, не было никакой необходимости рассматривать остальные требования заявителя. 16. Заявитель обжаловал это решение, снова утверждая, что суд первой инстанции не рассмотрел его ходатайство предписать АОТ утвердить план, и что он не исполнил постановление Высшего административного суда от 15 февраля 2008 года (см. параграф 14 выше). 17. 12 декабря 2008 года Высший административный суд отклонил апелляцию заявителя. Он подтвердил выводы суда низшей инстанции о том, что решение АОТ было отменено Инспекцией, и что суды некомпетентны рассматривать правомерность недействительных актов. Затем Высший административный суд постановил, что ходатайство заявителя предписать АОТ утвердить план было «производным» (išvestinis) от ходатайства об отмене решения АОТ; следовательно, после отмены последнего, не было никакой необходимости рассматривать предыдущее ходатайство. В заключение суд отметил, что заявитель не ходатайствовал, чтобы суд предписал АОТ исполнить решения Инспекции, поэтому он не будет делать никаких заключений в этом отношении. 18. В 2010 году, вследствие национальной административной реформы, все окружные администрации были упразднены, и их полномочия по планированию были переданы в Инспекцию. После этого заявитель подал новый запрос об изменении целевого назначения своего земельного участка, и этот запрос был одобрен всеми соответствующими органами. Целевое назначение земли было изменено на жилищное строительство в феврале 2012 года.

II. СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО И ПРАКТИКА

A. Процесс планирования

19. В рассматриваемый период, Инструкция о порядке проведения проверки документов, связанных с планированием, принятая Министерством охраны окружающей среды, предусматривала, что решения об утверждении документов по планированию являются действительными в течение одного года после их принятия. Если связанный с планированием документ не был принят в течение этого времени, решение становится недействительным, и документ должен был быть повторно подан на утверждение. Если в утверждении было отказано, документ может быть повторно подан только после исправления ошибок, указанных в отказе (параграфы 19 и 20). 20. В рассматриваемый период, Положение о государственном надзоре за планированием, строительством и эксплуатацией зданий, принятое Правительством, предусматривало, что Государственная инспекция по планированию и строительству ответственна за надзор за строительством на национальном уровне, и что ее решения являются обязательными для всех физических и юридических лиц, участвующих в процессе планирования и строительства (параграфы 4.2 и 11).

В. Производство в административных судах

21. Статья 15 § 1 Закона о производстве по административным делам предусматривает, что административные суды обладают компетенцией рассматривать вопросы, связанные с законностью решений и действий органов государственного управления, а также отказом со стороны этих органов выполнять действия, отнесенные к их компетенции, или затягиванием их выполнения. 22. Статья 10 Закона о производстве по административным делам предусматривает, что суд должен разъяснить сторонам их процессуальные права и обязанности, предупредить относительно последствий выполнения или невыполнения процессуальных действий и помочь этим лицам реализовать их процессуальные права. 23. Статья 52 Закона о производстве по административным делам предусматривает, что истец имеет право уточнить или изменить предмет иска на любой стадии рассмотрения дела до удаления суда в совещательную комнату. 24. Статья 86 § 3 Закона о производстве по административным делам предусматривает, что решение суда должно дать ответы на все заявленные истцом основные требования. 25. Конституционный Суд Литовской Республики в своем постановлении от 16 января 2006 года постановил:

«Конституционные императивы – что правосудие может осуществляться только судами, что закон должен быть доступным для общественности, и что рассмотрение дел должно быть справедливым – значат, что каждое решение суда (или другое окончательное судебное постановление) должно основываться на правовых аргументах. Мотивировка должна быть рациональной – решение суда должно содержать достаточные аргументы для обоснования своего заключения. В этом контексте следует также отметить, что принцип правовой определенности… означает, в частности, что решение суда не может не включать аргументы или обстоятельства, которые имеют значение для достижения справедливого решения по делу. Решения суда должны быть понятны для сторон и участников дела. Если это требование не выполнено, то это не будет отправлением правосудия, как это предусмотрено в Конституции».

26. В своем решении от 27 января 2004 года по делу №A7-121/2004 Высший административный суд Литвы постановил, что лицо может подавать иски в административные суды только в отношении таких правовых актов, которые оказывают влияние на его права или законные интересы. 27. В своем решении от 14 марта 2008 года по делу №A575-155/2008 Высший административный суд Литвы постановил, что суды не могут брать на себя функции государственного управления, если это явно не предусмотрено законом.

ПРАВО

I. ЗАЯВЛЕННОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 6 КОНВЕНЦИИ

28. Заявитель жаловался, что национальные суды не рассмотрели его основное ходатайство (предписать АОТ утвердить детальный план территории), и что этим они не исполнили обязательное решение Высшего административного суда от 15 февраля 2008 года. Он сослался на статью 6 § 1 и статью 13 Конвенции. Суд считает, что жалобы заявителя должны быть рассмотрены исключительно в соответствии со статьей 6 § 1 Конвенции, которая гласит:

«В случае спора о его гражданских правах и обязанностях … каждый имеет право на справедливое … разбирательство дела … [а] … судом …»

A. Приемлемость

29. Правительство утверждало, что заявитель не исчерпал внутренние средства правовой защиты, не инициировав отдельное судебное разбирательство против государства в соответствии со статьей 6.271 Гражданского кодекса о возмещении ущерба за предполагаемые нарушения его прав. 30. Заявитель не прокомментировал эту точку зрения. 31. Суд повторяет, что от заявителя, который исчерпал явно эффективные и достаточные средства правовой защиты, нельзя требовать, чтобы он также воспользовался другими доступными, но, по всей видимости, не имевшими больших шансов на успех, средствами (см., в частности, TW v. Malta [GC], №25644/94, § 34, 29 April1999). 32. В связи с этим Суд отмечает, что заявитель подал апелляцию в Высший административный суд, подняв те же жалобы, которые он позже представил этому Суду (см. параграф 16 выше). Если бы эта апелляция была удовлетворена, предполагаемые недостатки в судопроизводстве, на которые жаловался заявитель, были бы исправлены (см. также Kinský v. the Czech Republic, №42856/06, § 64, 9 February 2012). Следовательно, Суд не считает, что заявитель был обязан исчерпать любые другие средства правовой защиты, и отклоняет возражение Правительства. 33. Суд отмечает, что данная жалоба не является явно необоснованной по смыслу статьи 35 § 3 (а) Конвенции, а также не является неприемлемой по любым другим основаниям. Поэтому она должна быть объявлена приемлемой.

B. Существо дела

1. Отсутствие рассмотрения ходатайства заявителя

(а) Аргументы сторон

34. Заявитель утверждал, что национальные суды не рассмотрели его основное ходатайство – предписать АОТ утвердить детальный план территории. Он отметил, что АОТ и ранее отказывалась исполнять решения Инспекции. Он также сомневался, были ли эти решения обязательными в соответствии с внутренним законодательством. Таким образом, заявитель утверждал, что он не мог добиться утверждения плана АОТ без предписания суда, и что, отказавшись рассмотреть его иск, суды лишили его какой-либо компенсации. 35. Правительство, во-первых, утверждало, что решения судов в отношении недействительности предыдущего решения АОТ были, в принципе, приняты в пользу заявителя, поскольку позволяли ему подать этот план в АОТ на повторное рассмотрение. Правительство отметило, что заявитель не сделал этого после окончательного решения суда по его делу. 36. Кроме того, Правительство утверждало, что ходатайство заявителя предписать АОТ утвердить план было вне компетенции судов. Оно основывалось на том, что принцип разделения властей, разработанный в прецедентной практике высших национальных судов, не позволяет судам выполнять функции государственного управления. Соответственно, суды не могли удовлетворить ходатайство заявителя, и предписать АОТ принять конкретное решение. 37. В заключение Правительство отметило, что заявитель неправильно сформулировал свои требования в национальных судах, поскольку он не просил их предписать АОТ выполнить решения Инспекции; если бы ходатайство было таковым, суды были бы компетентны его рассматривать. Правительство утверждало, что заявитель имел право подать жалобу в суд по этому вопросу, но он решил этого не делать.

(б) Оценка Суда

(i) Общие принципы

38. Суд напоминает, что статья 6 § 1 гарантирует каждому право подать в суд любой иск, касающийся его гражданских прав и обязанностей. Таким образом, статья воплощает в себе «право на справедливое судебное разбирательство», одним из аспектов которого является право доступа к суду, то есть право подавать в суды иски по гражданским делам (см., в частности, Golder v. the United Kingdom, 21 February 1975, § 36, Серия А, №18, и Prince Hans-Adam II of Liechtenstein v. Germany [GC], №42527/98, § 43, ECHR 2001-VIII). 39. Суд также напоминает, что право на справедливое судебное разбирательство, гарантированное статьей 6 § 1 Конвенции, предусматривает, в частности, право сторон представлять любые аргументы, которые они считают относящимися к их делу. Цель Конвенции состоит в том, чтобы гарантировать не права, которые являются теоретическими и иллюзорными, а права, которые являются практическими и эффективными, и это право будет эффективным, только если аргументы будут действительно «услышаны» и должным образом рассмотрены судом. Другими словами, эффект статьи 6 заключается, среди прочего, в том, чтобы возложить на «суд» обязательство должным образом рассмотреть материалы, аргументы и доказательства, представленные сторонами, не рассматривая вопрос об их отношении к делу (см., в частности, Perez v. France [GC], №47287/99, § 80, ECHR 2004-I, и Albina v. Romania, № 57808/00, § 30, 28 April 2005). 40. Кроме того, Суд напоминает, что, хотя статья 6 § 1 обязывает суды излагать мотивы своих решений, она не может интерпретироваться как требование подробного ответа на каждый аргумент, выдвинутый сторонами. Степень применимости этой обязанности указывать мотивы, может варьироваться в зависимости от характера решения. К тому же необходимо принимать во внимание, в частности, многочисленность аргументов, которые истец может предоставить суду, и расхождения, существующие между Договаривающимися государствами в отношении законодательных положений, норм обычного права, судебной практики и процессом принятия судебных решений. Именно поэтому вопрос о невыполнении судом обязательства, вытекающего из статьи 6 Конвенции, может быть решен только в свете обстоятельств конкретного дела (см., в частности, Ruiz Torija v. Spain, 9 December 1994, § 29, Серия А, № 303-А, и Wagner and J.M.W.L. v. Luxembourg, №76240/01, § 90, 28 June 2007).

(ii) Применение этих принципов в настоящем деле

41. Заявитель жаловался на то, что национальные суды не рассмотрели его ходатайство предписать АОТ утвердить детальный план территории. 42. Суд отмечает, что ходатайство, о котором идет речь, было единственным требованием, которое заявитель первоначально подал в национальные суды. До начала рассмотрения дела он, по предложению суда первой инстанции, подал дополнительное ходатайство – отменить предыдущее решение АОТ. Последнее ходатайство было впоследствии отклонено всеми инстанциями, поскольку суды посчитали, что оспариваемое решение АОТ уже было отменено Инспекцией. В то же время, ходатайство предписать АОТ утвердить план вообще не рассматривалось в ходе первого рассмотрения дела заявителя Клайпедским окружным административным судом, как впоследствии было отмечено в решении Высшего административного суда о передаче дела на повторное рассмотрение (см. параграф 14 выше). Тем не менее, при повторном рассмотрении дела, Клайпедский окружной административный суд снова не принял никакого решения по этому ходатайству. В первый и единственный раз ходатайство заявителя предписать АОТ утвердить план было подробно рассмотрено в решении Высшего административного суда от 12 декабря 2008 года – окончательном решении по делу заявителя (см. параграф 17 выше). Суд отмечает, что заявитель неоднократно поднимал этот вопрос во всех своих обращениях в национальные суды (см. параграфы 13 и 16 выше). 43. Правительство утверждало, что национальные суды не должны были рассматривать ходатайство заявителя, потому что их вывода о том, что решение АОТ было отменено Инспекцией, было достаточно для того, чтобы заявитель мог повторно подать этот план на утверждение. Вывод национальных судов относительно недействительности решения АОТ был основан на правовых положениях, устанавливающих обязательную силу решений Инспекции (см. параграф 20 выше). Тем не менее, Суд отмечает, что эти правовые положения уже были приняты в то время, когда заявитель, Таурагский районный муниципальный совет и Инспекция неоднократно призывали АОТ исполнить решение Инспекции, но АОТ, тем не менее, отказалась это сделать (см. параграфы 9-10 выше). В этом контексте Суд не убежден в том, что вывода национальных судов о том, что решение АОТ уже было отменено Инспекцией, было самого по себе достаточно для того, чтобы гарантировать, что повторное обращение заявителя в АОТ будет успешным. 44. Суд также отмечает аргумент Правительства о том, что национальные суды не обладают компетенцией предписывать органам государственного управления принимать конкретные решения, в соответствии с принципом разделения властей. Не делая никаких выводов относительно сущности этого аргумента, Суд отмечает, что национальные суды не использовали это обоснование ни в одном из своих решений (в то время как Клайпедский окружной административный суд и Высший административный суд, напротив, явно считали, что они не обладают компетенцией отменять административный акт, который уже отменен (см. параграфы 12, 15 и 17 выше)) (см, с соответствующими изменениями, Ruiz Torija, упомянутое выше, § 30). Кроме того, Суд отмечает, что Высший административный суд в своем решении от 12 декабря 2008 года отклонил ходатайство заявителя не по причине отсутствия компетенции, а поскольку он посчитал, что это ходатайство является «производным» от другого ходатайства заявителя (см. параграф 17 выше). Соответственно, Суд не видит в решениях национальных судов достаточных оснований, свидетельствующих о том, что они не рассмотрели ходатайство заявителя по причине отсутствия компетенции. 45. Однако даже если допустить, что национальные суды имели веские мотивы не рассматривать ходатайство заявителя, Суд отмечает, что эти причины не были упомянуты ни в одном из решений, вынесенных по делу. В этой связи Суд напоминает, что, несмотря на то, что суды не обязаны указывать мотивы отклонения каждого аргумента стороны, они, тем не менее, не освобождаются от обязанности провести надлежащее исследование и отреагировать на основные ходатайства, выдвинутые этой стороной (см. Wagner and J.M.W.L., упомянутое выше, § 96). Одна из задач мотивированного решения состоит в том, чтобы продемонстрировать сторонам, что они были услышаны, а также предоставить сторонам возможность обжаловать решение и добиться его пересмотра в апелляционной инстанции (см. Suominen v. Finland, № 37801/97, § 37, 1 July 2003, и Kuznetsov and Others v. Russia, №184/02, § 83, 11 January 2007). Хотя апелляционный суд может, в принципе, просто одобрить мотивы решения суда низшей инстанции, этого будет недостаточно, если суд низшей инстанции не представил таких оснований, чтобы дать возможность сторонам эффективно воспользоваться своим правом на обжалование (см. Jokela v. Finland, №28856/95, § 73, ECHR 2002-IV и Boldea v. Romania, №19997/02, § 33, 15 February 2007). 46. В настоящем деле оба суда первой инстанции установили только, что нет необходимости рассматривать остальные ходатайства заявителя после того, как его ходатайство об отмене предыдущего решения АОТ было отклонено. В своем решении от 12 декабря 2008 года Высший административный суд постановил, что ходатайство предписать АОТ утвердить план было «производным» от ходатайства об отмене ее предыдущего решения. Высший административный суд не объяснил, почему он считает предшествующее ходатайство производным от более позднего, особенно с учетом того, что заявитель подал ходатайство об аннулировании позже, по предложению суда первой инстанции. Это же решение суда также гласило, что вместо этого заявитель должен был просить суд предписать АОТ выполнить решение Инспекции. Тем не менее, Суд считает, что различие между ходатайством заявителя (предписать АОТ утвердить план) и альтернативным вариантом, предложенным Высшим административным судом (предписать АОТ выполнить решения Инспекции) не было очевидным для заявителя. По этой причине, Высший административный суд должен был представить достаточное разъяснение того, почему ходатайство заявителя было отклонено. 47. Далее Суд отмечает, что заявитель неоднократно ходатайствовал предписать АОТ утвердить план во всех своих обращениях в национальные суды, а также что это ходатайство было сформулировано в достаточно ясной и точной манере (см. Ruiz Torija, упомянутое выше, § 30; Pronina v. Ukraine, №63566/00, § 25, 18 July 2006, и Kuznetsov and Other, упомянутое выше, § 84). Хотя в задачи Суда не входит оценка вопроса, было ли ходатайство заявителя достаточно обоснованным, он, тем не менее, отмечает, что, не рассмотрев это ходатайство и не представив достаточных мотивов, национальные суды отказали заявителю в праве на окончательное решение по вопросу, поставленному перед судом (см.Ruiz Torija, упомянутое выше, § 30; Pronina, упомянутое выше, § 25, и, с соответствующими изменениями, Marini v. Albania, №3738/02, § 120, 18 December 2007). 48. Изложенные соображения являются достаточными для того, чтобы Суд пришел к выводу, что, не рассмотрев ходатайство заявителя предписать АОТ утвердить детальный план территории, и не представив достаточных мотивов для принятия такого решения, национальные суды не выполнили своих обязательств в соответствии со статьей 6 § 1 Конвенции. Соответственно, это положение было нарушено.

2. Неисполнение решения Высшего административного суда от 15 февраля 2008 года

49. Заявитель жаловался на то, что, не рассмотрев его ходатайство предписать АОТ утвердить детальный план территории, национальные суды не выполнили обязательное решение Высшего административного суда от 15 февраля 2008 года (см. параграф 14 выше), в нарушение принципа правовой определенности. 50. С учетом вывода, что отказ национальных судов рассмотреть ходатайство заявителя предписать АОТ утвердить план нарушил его право на справедливое судебное разбирательство в соответствии со статьей 6 § 1 Конвенции, Суд считает, что нет необходимости рассматривать вопрос, был ли нарушен принцип правовой определенности, гарантированный тем же положением.

II. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

51. Статья 41 Конвенции гласит:

«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».

A. Компенсация вреда

1. Аргументы сторон

52. Заявитель потребовал выплатить ему 15 251,70 евро (EUR) в качестве компенсации материального вреда, в том числе: (а) EUR 9 020,07 процентов по кредиту с января 2006 года по февраль 2012 года – по утверждению заявителя, он намеревался продать свою землю и использовать деньги, чтобы построить дом в Вильнюсе, но судебные решения национальных судов сделали продажу невозможной, поэтому ему пришлось взять кредит в банке; (b) EUR 1 158 за подготовку нового детального плана территории в 2011 году; однако заявитель утверждал, что он не сохранил квитанцию; (c) EUR 5 073,63 разницы между рыночной стоимостью земли в 2008 году и в 2012 году – заявитель основывал свою оценку на методологии, установленной Правительством. 53. Заявитель также потребовал выплатить ему EUR 5 000 в качестве компенсации нематериального вреда. 54. Правительство оспорило эти суммы. В отношении материального вреда, они утверждали, что заявитель не продемонстрировал наличие причинно-следственной связи между предполагаемым нарушением стати 6 § 1 Конвенции и материальным вредом, который он якобы понес. 55. Правительство, во-первых, утверждало, что заявитель заключил соглашение о предоставлении займа с банком в 2005 году, поэтому его обязанность платить проценты не может рассматриваться как прямое следствие решений национальных судов, принятых в 2008 году. Кроме того, они утверждали, что заявитель не должен был платить за подготовку нового детального плана территории, поскольку, в соответствии с национальным законодательством, первоначальный план оставался действительным в течение пяти лет, то есть до 2010 года, и мог быть повторно подан на утверждение в любое время. Правительство также отметило, что заявитель не представил каких-либо доказательств своих расходов на подготовку нового плана. В заключение, они утверждали, что сумма, требуемая заявителем в связи со снижением рыночной стоимости земли, является чисто гипотетической, потому что нет никаких оснований полагать, что в 2008 году он бы продал землю по ее рыночной стоимости. 56. В отношении нематериального вреда, Правительство заявило, что сумма, требуемая заявителем, является чрезмерной и не подтверждена никакими доказательствами.

2. Оценка Суда

57. Суд повторяет, что принцип, лежащий в основе назначения справедливой компенсации за нарушение статьи 6 Конвенции, состоит в том, что заявитель должен, в максимально возможной степени, быть поставлен в положение, которое существовало бы, если бы судопроизводство соответствовало требованиям Конвенции. Суд присуждает денежную компенсацию в соответствии со статьей 41 только если он убедится, что заявленные расходы или вред действительно являются результатом установленных Судом нарушений, поскольку государство не может быть обязано возмещать убытки, за которые оно не несет ответственности (см. Kingsley v. the United Kingdom [GC], №35605/97, § 40, ECHR 2002-IV, и дела, упомянутые в нем). 58. В настоящем деле, Суд установил нарушение статьи 6 § 1 Конвенции в связи с тем, что национальные суды не рассмотрели ходатайство заявителя и не представили достаточных мотивов для принятия такого решения. Однако из этого не следует, что если бы суды рассмотрели ходатайство заявителя или представили мотивы, это ходатайство было бы удовлетворено. Суд также не находит достаточных оснований для вывода, что рассмотрение ходатайства заявителя национальными судами привело бы к продаже им земли в 2008 году по рыночной стоимости на то время. В заключение, не рассматривая вопрос о необходимости подготовки нового детального плана участка в 2011 году, Суд отмечает, что заявитель не представил никаких документов в обоснование каких-либо расходов, которые он, возможно, был вынужден понести в этом отношении. Соответственно, Суд не усматривает никакой причинно-следственной связи между нарушением и заявленным материальным вредом; поэтому он отклоняет это требование. 59. С другой стороны, Суд считает, что заявитель испытал страдания и расстройство в связи с отказом национальных судов рассмотреть его ходатайство, вопреки стати 6 § 1 Конвенции. Суд также считает, что страдания и расстройство заявителя не могут быть компенсированы исключительно признанием нарушения. Соответственно, Суд удовлетворяет требование заявителя относительно компенсации нематериального вреда в полном объеме и присуждает ему EUR 5 000.

B. Компенсация затрат и расходов

60. Заявитель не представил каких-либо требований в отношении затрат и расходов. Таким образом, Суд не присуждает ему никаких выплат по этому пункту.

C. Пеня

87. Суд считает разумным, что пеня должна быть основана на предельной кредитной ставке Европейского центрального банка с добавлением трех процентных пунктов.

НА ЭТИХ ОСНОВАНИЯХ СУД ЕДИНОГЛАСНО,

1. Объявляет жалобу приемлемой;

2. Постановляет, что была нарушена статья 6 § 1 Конвенции в связи с отказом национальных судов рассмотреть иск заявителя;

3. Постановляет, что нет необходимости рассматривать другие жалобы в соответствии со статьей 6 Конвенции;

4. Постановляет: (а) государство-ответчик должно выплатить заявителю, в течение трех месяцев с даты, когда судебное решение станет окончательным в соответствии со статьей 44 § 2 Конвенции, EUR 5 000 (пять тысяч евро), с добавлением любых налогов, которые могут быть начислены на эту сумму, в качестве компенсации нематериального вреда; (б) с момента истечения вышеупомянутых трех месяцев до выплаты, на вышеуказанную сумму начисляется пеня, равная предельной кредитной ставке Европейского центрального банка в этот период с добавлением трех процентных пунктов;

5. Отклоняет остальные требования заявителя о справедливой компенсации.

Составлено на английском языке и провозглашено в письменном виде 24 ноября 2015 года, в соответствии с правилом 77 §§ 2 и 3 Регламента Суда.

Франсуаза Елен-Пассос                                                                                                                             Андраш Шайо Секретарь                                                                                                                                                             Председатель