Органы власти не могут провести надлежащее расследование смерти сына г-жи Стабровской уже почти 10 лет

Источник фото: jtimes.ru

Текст решения (англ.)

Перевод решения (рус.)

14 января 2016 года Европейский суд по правам человека вынес решение “Ставбовска против Украины” (Stabrovska v. Ukraine), № 65055/12, признав нарушение процессуального аспекта статьи 2 Конвенции и присудив компенсацию в размере 12 000 евро в счет возмещения нематериального вреда, а также 800 евро на счет представителя заявительницы в Суде, которым был адвокат О. Левицкий.

Факты

Исчезновение сына заявительницы и распознавание его тела

22 июля 2006 года сын заявительницы, молодой человек, который родился в 1982 года, вышел из дома и не вернулся.
В тот день молодой человек был найден тяжело раненным и без сознания, лежа на улице в Киеве. Скорая помощь и полиция были на месте инцидента. Согласно отчету полицейского из Подольского районного полицейского управления Киева (“отдел полиции”), доктор объяснил ему, что мужчина упал со здания с высоты приблизительно пять метров; доктор также упомянул фамилию мужчины, которая совпала с фамилией сына заявительницы.
Пострадавшего мужчину отвезли в больницу, где его фамилия была записана немного по-другому. 29 июля 2006 он умер в больнице. Согласно вскрытию, мужчина умер от серьезной черепно-мозговой травмы; раны, установленные на теле (включая ту, которая была смертельной), возможно, были получены в результате его падения.
31 июля 2006 года заявительница, у которой не было информации относительно местонахождения ее сына, заявила о его исчезновении в отдел полиции.
18 сентября 2006 года невостребованное тело мужчины, найденного на улице, было похоронено на муниципальном кладбище.
В марте 2007 года заявительницу пригласили в отдел полиции, посмотреть на фото мужчины, найденного на улице. Заявительница пришла к выводу, что мужчина сильно напоминает ее сына.
После эксгумации тела мужчины, найденного на улице, судебные медицинские эксперты провели две экспертизы ДНК. 14 июля 2008 они пришли к заключению с уверенностью на 98.73%, что это было тело сына заявительницы.

Досудебное следствие, касающиеся смерти сына заявительницы

16 октября 2006 года прокуратура Подольского района Киева (далее – “прокуратура”), проведя досудебное расследование, отказалась открывать уголовное расследование по исчезновению сына заявительницы. Прокуратура учла неудачные поиски, выполненные полицией и заявления G., K., D. и L., которые были знакомы с сыном заявительницы, но не могли дать никакой информации относительно его местонахождения.
24 мая 2007 года прокуратура отказалась открывать уголовноерасследование инцидента относительно мужчины, найденного раненным и без сознания на улице. Согласно тому решению, личность человека не была установлена. Прокуратура ссылается на заявления G., K., L. и других людей, которые знали мужчину и по их словам он часто говорил о самоубийстве.
12 сентября 2007 года Подольский районный суд Киева отменил решение от 16 октября 2006 года как необоснованное, и назначил дополнительное досудебное расследование.
25 марта 2008 года прокуратура г. Киева отменила решение от 24 мая 2007 года как необоснованное, и назначила дополнительное расследование, чтобы установить обстоятельства инцидента и информацию о личности умершего.
В дополнение к вышеупомянутым решениям, отказывающимся открыть расследования, больше чем в десяти случаях между 2007 и 2012 годами отдел полиции и прокуратура (после досудебного расследования) отказались открывать уголовные расследования по исчезновению и смерти сына заявительницы. Те решения были отменены судами или прокурорами как необоснованные и было назначено дальнейшее расследование. В частности, 3 августа 2011 года Подольский районный суд г. Киева назначил дальнейшее расследование, заявляя, что было необходимо провести осмотр места инцидента с судебным медицинским экспертом. Среди прочего, суд также заявил, что должны были быть подготовлены подробные рисунки и фотографии места; эксперт должен был быть опрошен, чтобы установить, мог ли сын заявительницы упасть со здания и, если это возможно, то мог бы он выдержать раны, установленные на его теле; и дополнительные меры должны были быть приняты, чтобы определить возможных свидетелей
В последнем решении от 9 августа 2012 года Подольская районная прокуратура г. Киева отказалась открывать уголовное судопроизводство в отношении смерти сына заявительницы. Согласно тому решению, мужчина, найденный на улице, с высокой степенью вероятности являлся сыном заявительницы. Возможно, он получил смертельные ранения в результате падения; не было никаких доказательств насилия, и этот инцидент не имел никаких преступных элементов.

Оценка Суда

Правительство утверждало, что государственные власти приняли все необходимые меры, чтобы собрать доказательства и установить обстоятельства смерти сына заявительницы. Заявительнице дали соответствующие возможности ознакомиться с материалами дела, и она могла эффективно участвовать в производстве.
Заявительница не согласилась и подала возражения.
Суд напоминает, что, когда наступает смерть при подозрительных обстоятельствах, и остаются подозрения, что могло быть умышленное лишение жизни, Государство должно гарантировать эффективное официальное расследование (см. Šilih против Словении [GC], № 71463/01, §§ 156-57, 9 апреля 2009 года, и Пожывотько против Украины, № 42752/08, § 38, 17 октября 2013 года). Главным элементом в данном случае является не результат, а средство его достижения. Власти, должны были принять все разумные меры, чтобы обеспечить доказательства, касающиеся инцидента. Любой недостаток в расследовании, который подрывает способность установить причину смерти или лиц, ответственных за нее, грозит несоблюдением этого стандарта (см. Муравская, § 41).
В данном случае те же самые правоохранительные власти столкнулись с двумя событиями, которые произошли в течение того же самого промежутка времени: они нашли тяжело травмированного человека, который умер вскоре после этого от полученных ранений, и заявительница сообщила, что ее сын исчез в тот же день, когда был найден на улице пострадавший мужчина. Однако власти провели расследования этих двух событий отдельно, даже несмотря на имеющиеся с самого начала признаки того, что они были связаны. Например, первоначальный полицейский отчет относительно мужчины, найденного на улице, ясно упомянул фамилию сына заявительницы. Кроме того, те же самые люди – знакомые сына заявительницы были первоначально опрошены в пределах контекста обоих расследований. В результате эти упущения были устранены почти два года спустя, посредством эксгумация и экспертизы ДНК, которая установила, что тело, найденное на улице, было телом сына заявительницы. Данные факты говорят о том, что власти не предприняли серьезную попытку установить обстоятельства дела.
Суд далее отмечает, что государственные власти рассмотрели утверждения заявительницы исключительно путем «досудебной проверки», не открывая полноценного расследования. Суд определил, что такая доследственная процедура не соответствует принципам эффективной юридической защиты, поскольку следователь в рамках этой процедуры может прибегать только к ограниченному числу процессуальных действий, а потерпевший не имеет официального статуса, что лишает его возможности принимать эффективное участие в процессе (см. Скороходов против Украины, № 56697/09, § 34, 14 ноября 2013). Известно, что многочисленные решения о прекращении досудебных проверок были отменены как необоснованные контролирующими органами, которые каждый раз направляли дело для нового витка расследования. Неоднократность таких возвращений в пределах одного производства сама по себе свидетельствует о существовании серьезных недостатков (см., например, Спинов против Украины, № 34331/03, § 56, 27 ноября 2008 года). Более того, решение суда от 3 августа 2011 года дает основания полагать, что за период более чем пять лет следственные органы не приняли необходимых мер в полном объеме.
Из этого, таким образом, следует, что власти, которые имели возможность открыть и провести эффективное официальное расследование, не предприняли серьезную попытку провести оперативное и полное расследование этого инцидента, способного установить факты и, при необходимости, привлечь к ответственности виновных.
Таким образом, была нарушена статья 2 Конвенции.

Текст решения (англ.)

Перевод решения (рус.)