Болюх против Российской Федерации

Дата: 31.07.2007
Країна: Россия
Судовий орган: Европейский суд по правам человека
Номер справи: 19134/05
Джерело: www.echr.ru
Коротко: Нарушение статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции: отмена в порядке надзора судебного решения // Нарушение статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции: неисполнение судебного решения

болюх (bolyukh) против российской федерации.pdf

Европейский Суд по правам человека

(Первая Cекция)

Дело “Болюх (Bolyukh) против Российской Федерации”

(Жалоба N 19134/05)

Постановление Суда

Страсбург, 31 июля 2007 г.

Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), заседая Палатой в составе:

Х.Л. Розакиса, Председателя Палаты,

Л. Лукаидеса,

Н. Ваич,

А. Ковлера,

Э. Штейнер,

Х. Гаджиева,

Д. Шпильманна, судей,

а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,

заседая за закрытыми дверями 10 июля 2007 г.,

вынес в тот же день следующее Постановление:

Процедура

1. Дело было инициировано жалобой N 19134/05, поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее – Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – Конвенция) гражданкой Российской Федерации Розой Ивановной Болюх (далее – заявительница) 29 апреля 2005 г.

2. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П.А. Лаптевым.

3. 15 сентября 2005 г. Европейский Суд официально уведомил власти Российской Федерации о рассмотрении жалобы заявительницы. Согласно положениям пункта 3 статьи 29 Конвенции Европейский Суд принял решение рассмотреть жалобу по существу одновременно с принятием решения по вопросу о ее приемлемости.

Факты

Обстоятельства дела

4. Заявительница, 1933 года рождения, проживает в г. Ленске (Республика Саха (Якутия)).

5. Заявительница обратилась в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации, требуя взыскать компенсацию по государственным целевым чекам на приобретение автомобиля российского производства.

6. 3 апреля 2003 г. Ленский районный суд Республики Саха (Якутия) удовлетворил требование заявительницы и взыскал в ее пользу 91 500 рублей.

7. 5 мая 2003 г. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Саха (Якутия) оставила кассационную жалобу Министерства финансов Российской Федерации без удовлетворения, а решение суда первой инстанции без изменения. В тот же день решение Ленского районного суда Республики Саха (Якутия) от 3 апреля 2003 г. вступило в законную силу, однако исполнено оно не было.

8. 1 сентября 2004 г. Председатель Верховного суда Республики Саха (Якутия), рассмотрев надзорную жалобу ответчика, направил дело для рассмотрения в Президиум Верховного суда Республики Саха (Якутия).

9. 23 сентября 2004 г. Президиум Верховного суда Республики Саха (Якутия) отменил решение Ленского районного суда Республики Саха (Якутия) от 3 апреля 2003 г., оставленное без изменения определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Саха (Якутия) от 5 мая 2003 г., и отказал в удовлетворении требований заявительницы. При этом Президиум Верховного суда Республики Саха (Якутия) отметил, что суды нижестоящих инстанций не приняли во внимание положения Федерального закона от 1 июня 1995 г. N 86-ФЗ “О государственных долговых товарных обязательствах” в редакции Федерального закона от 2 июня 2000 г., в соответствии с которыми срок погашения государственных целевых чеков на приобретение автомобилей был продлен до 31 декабря 2004 г. По мнению Президиума Верховного суда Республики Саха (Якутия), такие действия судов нижестоящих инстанций представляют собой существенное нарушение норм материального права, являвшееся в рассматриваемый период основанием для пересмотра дела в порядке надзора.

10. Заявительница утверждала, что она не была надлежащим образом уведомлена о заседании Президиума Верховного суда Республики Саха (Якутия) 23 сентября 2004 г. и, следовательно, не могла участвовать в нем, в то время как представитель ответчика присутствовал в судебном заседании и представлял доводы по делу. По утверждению властей Российской Федерации, заявительница была извещена о дне и времени судебного заседания письмом от 13 сентября 2004 г. Заявительница утверждает, что узнала о постановлении суда надзорной инстанции от 23 сентября 2004 г., когда получила его по почте 8 ноября 2004 г. Она представила в Европейский Суд конверт, направленный Верховным Судом Республики Саха (Якутия), с почтовым штампом от 8 ноября 2004 г.

Право

I. Предполагаемое нарушение статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в связи с отменой судебного решения, принятого в пользу заявительницы

11. Заявительница жаловалась на отмену в порядке надзора решения Ленского районного суда Республики Саха (Якутия) от 3 апреля 2003 г. Она сослалась на положения статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, которые в части, применимой к настоящему делу, предусматривают:

Пункт 1 статьи 6 Конвенции

“Каждый при определении его гражданских прав и обязанностей… имеет право на справедливое… разбирательство дела… судом…”.

Статья 1 Протокола N 1 к Конвенции​

“Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права…”.

A. Приемлемость жалобы

12. Европейский Суд отмечает, что данная жалоба не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что она не является неприемлемой по иным основаниям. Следовательно, жалоба заявительницы должна быть объявлена приемлемой.

B. Существо жалобы

1. Пункт 1 статьи 6 Конвенции

(a) Надзорное производство: принцип правовой определенности

13. Власти Российской Федерации утверждали, что действия Президиума Верховного суда Республики Саха (Якутия) 23 сентября 2004 г. соответствовали требованиям материального и процессуального права. Им было отменено решение Ленского районного суда Республики Саха (Якутия) от 3 апреля 2003 г., оставленное без изменения определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Саха (Якутия) от 5 мая 2003 г., в связи с ошибкой в применении норм материального права, допущенной нижестоящими судами. В частности, они не приняли во внимание положения Федерального закона от 1 июня 1995 г. N 86-ФЗ “О государственных долговых товарных обязательствах”, в соответствии с которыми период погашения государственных целевых чеков был продлен до 31 декабря 2004 г. Власти Российской Федерации пришли к выводу об отсутствии нарушения принципа правовой определенности.

14. Заявительница поддержала свою жалобу.

15. Европейский Суд напоминает, что право на судебное разбирательство, гарантированное пунктом 1 статьи 6 Конвенции, должно толковаться в свете преамбулы к Конвенции, в соответствующей части которой принцип господства права признается частью общего наследия Договаривающихся Государств. Одним из основополагающих аспектов принципа господства права является принцип правовой определенности, который среди прочего требует, чтобы принятое судами окончательное решение не могло бы быть оспорено (см. Постановление Европейского Суда по делу “Брумареску против Румынии” (Brumarescu v. Romania) от 28 октября 1999 г., Reports 1999-VII, § 61).

16. Данный принцип предполагает, что стороны не вправе добиваться пересмотра вступившего в законную силу и подлежащего неукоснительному исполнению судебного решения лишь в целях повторного рассмотрения дела и вынесения нового решения. Полномочия вышестоящих судов по пересмотру судебных решений должны осуществляться в целях исправления грубых судебных ошибок и несправедливости при отправлении правосудия, а не ради повторного рассмотрения дела. Пересмотр дела судами вышестоящих инстанций не должен рассматриваться как “скрытое обжалование”, и сама лишь возможность существования двух точек зрения по вопросу не может служить основанием для пересмотра. Отклонение от этого принципа оправдано лишь наличием существенных и бесспорных обстоятельств (см., mutatis mutandis* (* Mutatis mutandis (лат.) – с соответствующими изменениями (прим. переводчика).), Постановление Европейского Суда по делу “Рябых против Российской Федерации” (Ryabykh v. Russia) жалоба N 52854/99, § 52, ECHR 2003-IX* (* Опубликовано в “Путеводителе по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека за 2003 год”.); и Постановление Европейского Суда по делу “Праведная против России” (Pravednaya v. Russia) от 18 ноября 2004 г., жалоба N 69529/01, § 25* (* Опубликовано в “Бюллетене Европейского Суда по правам человека” N 5/2005.)).

17. Европейский Суд напоминает, что пункт 1 статьи 6 Конвенции гарантирует каждому право на обращение в суд с любым требованием, касающимся определения его гражданских прав и обязанностей. Указанное право, таким образом, воплощает в себе “право на суд”, одним из аспектов которого является право на доступ к суду, то есть право инициировать разбирательство в суде по гражданско-правовым вопросам. Тем не менее данное право было бы иллюзорным, если национальная правовая система Договаривающегося Государства допускала бы отмену вступившего в законную силу и подлежащего неукоснительному исполнению судебного решения судом вышестоящей инстанции по протесту должностного лица, чье полномочие по принесению такого протеста не ограничено каким-либо сроком, таким образом, что судебные решения могли бы быть оспорены в течение неопределенного срока (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу “Рябых против Российской Федерации”, §§ 51-56).

18. Европейский Суд отмечает, что 3 апреля 2003 г. Ленский районный суд Республики Саха (Якутия) удовлетворил требования заявительницы к Министерству финансов Российской Федерации и присудил ей денежные средства. Указанное судебное решение было оставлено без изменения судом кассационной инстанции 5 мая 2003 г. и вступило в законную силу в тот же день. 23 сентября 2004 г. судебное решение от 3 апреля 2003 г. было отменено в порядке надзора в связи с тем, что нижестоящие суды допустили ошибку в применении норм материального права.

19. Европейский Суд напоминает, что им устанавливалось нарушение права заявителя на суд, гарантированного пунктом 1 статьи 6 Конвенции, во многих делах против Российской Федерации, где судебное решение, вступившее в законную силу и подлежавшее неукоснительному исполнению, впоследствии отменялось судом вышестоящей инстанции по протесту должностного лица или по жалобе стороны судебного разбирательства, особенно в тех, где, как и в данном деле, истекал значительный период времени между днем вступления в силу судебного решения, принятого в пользу заявителя, и датой возбуждения надзорного производства (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу “Рябых против Российской Федерации”, §§ 51-58; Постановление Европейского Суда по делу “Волкова против Российской Федерации” (Volkova v. Russia) от 5 апреля 2005 г., жалоба N 48758/99, §§ 34-37* (* Там же. N 11/2006.); Постановление Европейского Суда по делу “ОАО “Росэлтранс” против Российской Федерации” (Roseltrans v. Russia) от 21 июля 2005 г., жалоба N 60974/00, §§ 27-28* (* Там же. N 3/2006.); Постановление Европейского Суда по делу “Борщевский против Российской Федерации” (Borshchevskiy v. Russia) от 21 сентября 2006 г., жалоба N 14853/03, §§ 46-50* (* Там же. N 3/2008.); и Постановление Европейского Суда по делу “Нелюбин против Российской Федерации” (Nelyubin v. Russia) от 2 ноября 2006 г., жалоба N 14502/04, §§ 28-30* (* Там же. N 8/2007.)). Кроме того, в деле “Кот против Российской Федерации” (Kot v. Russia) (Постановление Европейского Суда от 18 января 2007 г., жалоба N 20887/03, § 29) Европейский Суд постановил следующее:

“Неизбежно, что при разбирательстве по гражданскому делу стороны будут иметь противоположные точки зрения по вопросу применения материального права. Суды призваны рассмотреть доводы сторон, гарантируя честность и состязательность разбирательства, и вынести свое решение по заявленным требованиям. Европейский Суд отмечает, что прежде чем была подана надзорная жалоба, дело заявителя трижды рассматривалось по существу судами первой и кассационной инстанций. Заявлений о том, что суды действовали за рамками своей компетенции или в процессе разбирательства были допущены существенные нарушения процессуального права, не поступало. Тот факт, что президиум областного суда не согласился с решениями судов первой и кассационной инстанций, сам по себе не служит основанием для отмены окончательного, имеющего обязательную юридическую силу судебного постановления и возобновления производства по делу заявителя”.

20. Изучив представленные материалы, Европейский Суд отмечает, что власти Российской Федерации не назвали ни одного факта и не представили ни одного довода, который смог бы убедить его прийти к иному заключению в данном деле. Следовательно, Европейский Суд приходит к выводу, что, отменив судебное решение от 3 апреля 2003 г. в порядке надзора, Президиум Верховного суда Республики Саха (Якутия) нарушил принцип правовой определенности и право заявительницы на суд, гарантированные пунктом 1 статьи 6 Конвенции. Следовательно, имело место нарушение указанной статьи Конвенции.

(b) Надзорное производство: процессуальные вопросы

21. Принимая во внимание жалобу на допущенные процессуальные нарушения в ходе разбирательства по делу в Президиуме Верховного суда Республики Саха (Якутия), Европейский Суд постановил, что, учитывая установленное нарушение права заявительницы на суд в связи с самим фактом пересмотра ее дела в порядке надзора, нет необходимости рассматривать вопрос о том, были ли ей доступны в рамках такого разбирательства процессуальные гарантии, предоставляемые статьей 6 Конвенции (см. для сравнения упоминавшиеся выше Постановления Европейского Суда по делу “Рябых против Российской Федерации”, § 59, и по делу “Волкова против Российской Федерации”, § 39).

2. Статья 1 Протокола N 1 к Конвенции

22. Власти Российской Федерации утверждали, что отмена решения Ленского районного суда Республики Саха (Якутия) от 3 апреля 2003 г. не явилась вмешательством в право заявительницы, гарантированное статьей 1 Протокола N 1 к Конвенции.

23. Заявительница поддержала свою жалобу.

24. Европейский Суд напоминает, что наличие долга, подкрепленного вступившим в силу и подлежащим неукоснительному исполнению судебным решением, наделяет лицо, в пользу которого оно было принято, правом “законно ожидать”, что долг будет выплачен, и составляет его “имущество” по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. Отмена такого судебного решения представляет собой вмешательство в право заявителя на беспрепятственное пользование имуществом (см. среди прочих упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу “Брумареску против Румынии”, § 74; Постановление Европейского Суда по делу “Андросов против Российской Федерации” (Androsov v. Russia) от 6 октября 2005 г., жалоба N 63973/00, § 69* (* Опубликовано в “Бюллетене Европейского Суда по правам человека” N 12/2006.)).

25. Европейский Суд отмечает, что в распоряжении заявительницы имелось вступившее в законную силу и подлежавшее неукоснительному исполнению судебное решение в ее пользу, в соответствии с которым Министерство финансов Российской Федерации было обязано выплатить ей значительную сумму денежных средств. Заявительница была лишена возможности получить причитавшиеся ей средства не по своей вине. Отмена подлежащего неукоснительному исполнению судебного решения нарушила надежды заявительницы на имевшее законную силу судебное решение и лишила ее возможности получить денежные средства, на которые она рассчитывала на законном основании. При данных обстоятельствах, даже предположив, что вмешательство было правомерным и преследовало законную цель, Европейский Суд полагает, что отмена в порядке надзора подлежавшего неукоснительному исполнению судебного решения в пользу заявительницы возложила на нее чрезмерное бремя и является несовместимой с положениями статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. Следовательно, имело место нарушение указанной статьи.

II. Предполагаемое нарушение статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в связи с неисполнением судебного решения от 3 апреля 2003 г.

26. Заявительница жаловалась на неисполнение решения Ленского районного суда Республики Саха (Якутия) от 3 апреля 2003 г., оставленного без изменения определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Саха (Якутия) от 5 мая 2003 г. Она сослалась на положения статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, которые были процитированы выше.

A. Приемлемость жалобы

27. Европейский Суд отмечает, что данная жалоба не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что она не является неприемлемой по иным основаниям. Следовательно, данная жалоба должна быть объявлена приемлемой.

B. Существо жалобы

28. Власти Российской Федерации утверждали, что решение Ленского районного суда Республики Саха (Якутия) от 3 апреля 2003 г. не было исполнено, поскольку 23 сентября 2004 г. оно было отменено Президиумом Верховного суда Республики Саха (Якутия). Президиум принял по делу новое решение, которым требования заявительницы были оставлены без удовлетворения.

29. Заявительница подтвердила свою жалобу.

30. Европейский Суд отмечает, что 3 апреля 2003 г. в пользу заявительницы было принято судебное решение, в соответствии с которым Министерство финансов Российской Федерации было обязано выплатить ей значительную сумму денежных средств. 5 мая 2003 г. судебное решение было оставлено без изменений и вступило в законную силу. С данного момента у должника, государственного органа, существовала обязанность исполнить судебное решение. 23 сентября 2004 г. Президиум Верховного суда Республики Саха (Якутия) отменил судебное решение от 3 апреля 2003 г.

31. Следовательно, по крайней мере, в период с 5 мая 2003 г. по 23 сентября 2004 г. судебное решение от 3 апреля 2003 г. подлежало неукоснительному исполнению, а государство было обязано исполнить требования, указанные в нем (см. для сравнения Постановление Европейского Суда по делу “Вельская против Российской Федерации” (Velskaya v. Russia) от 5 октября 2006 г., жалоба N 21769/03, § 18* (* Опубликовано в “Бюллетене Европейского Суда по правам человека” N 3/2008.)).

32. Власти Российской Федерации сослались на возбуждение надзорного производства в отношении судебного решения от 3 апреля 2003 г. как на единственную причину его неисполнения. Европейский Суд напоминает в связи с этим, что им недавно был рассмотрен и отклонен тот же довод властей Российской Федерации, представленный по делу “Сухобоков против Российской Федерации” (Sukhobokov v. Russia) (Постановление Европейского Суда от 13 апреля 2006 г., жалоба N 75470/01* (* Опубликовано в “Бюллетене Европейского Суда по правам человека” N 3/2007.)). В частности, Европейский Суд постановил, что “отмена судебного решения, нарушающая принцип правовой определенности и право заявителя на суд, не может рассматриваться как основание неисполнения судебного решения” (см. упоминавшиеся выше Постановления Европейского Суда по делу “Сухобоков против Российской Федерации”, § 26, и по делу “Вельская против Российской Федерации”, § 19).

33. Изучив представленные в его распоряжение материалы, учитывая свои выводы, приведенные в §§ 20 и 25 настоящего Постановления, Европейский Суд отмечает, что власти Российской Федерации не назвали ни одного факта или довода, которые смогли бы убедить его прийти к иному заключению в данном деле. Ими также не было названо ни одного основания неисполнения судебного решения от 3 апреля 2003 г. Учитывая свою прецедентную практику по данному вопросу (см. Постановление Европейского Суда по делу “Бурдов против России” (Burdov v. Russia), жалоба N 59498/00, ECHR 2002-III* (* Опубликовано в “Путеводителе по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека за 2002 год”.); и более поздние Постановление Европейского Суда по делу “Рейнбах против Российской Федерации” (Reynbakh v. Russia) от 29 сентября 2005 г., жалоба N 23405/03* (* Опубликовано в “Бюллетене Европейского Суда по правам человека” N 2/2006.), Постановление Европейского Суда по делу “Денисов против Российской Федерации” (Denisov v. Russia) от 25 января 2007 г., жалоба N 21823/03* (* Там же. N 6/2008.)), Европейский Суд приходит к выводу, что, не исполняя в течение длительного времени судебное решение, принятое в пользу заявительницы, власти Российской Федерации нарушили ее право на суд и воспрепятствовали ей в получении денежных средств, на которые она имела право.

34. Следовательно, Европейский Суд приходит к выводу о том, что в данном деле имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в связи с неисполнением судебного решения от 3 апреля 2003 г.

III. Применение статьи 41 Конвенции

35. Статья 41 Конвенции предусматривает:

“Если Европейский Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне”.

A. Ущерб

36. В возмещение материального ущерба заявительница требовала 5 200 долларов США, что представляет собой рыночную стоимость автомобиля российского производства. Она также требовала 15 000 евро в качестве компенсации морального вреда.

37. Власти Российской Федерации утверждали, что в случае признания нарушения требования заявительницы, касающиеся возмещения материального ущерба, подлежат отклонению, поскольку между предполагаемым нарушением ее прав и требуемым возмещением отсутствует причинно-следственная связь. Они сослались в связи с этим на Постановление Европейского Суда по делу “Волкова против Российской Федерации” (Volkova v. Russia) (от 5 апреля 2005 г., жалоба N 48758/99* (* Там же. N 11/2006.)). Власти Российской Федерации далее утверждали, что требования заявительницы о компенсации морального вреда являются чрезмерными и необоснованными. Они предположили, что в случае признания нарушения прав заявительницы размер компенсации должен определяться с учетом конкретных обстоятельств дела.

38. Европейский Суд напоминает, что в данном деле им было установлено нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в связи с тем, что судебное решение, принятое в пользу заявительницы, оставалось неисполненным в течение длительного времени, а затем было отменено. Таким образом, заявительница была лишена возможности получить денежные средства, на которые она рассчитывала на законном основании. Следовательно, существует причинно-следственная связь между установленными нарушениями и требованием заявительницы о возмещении материального ущерба в размере, присужденном первоначальным внутригосударственным судебным решением.

39. Далее Европейский Суд отмечает, что наиболее уместной формой возмещения ущерба, причиненного нарушением статьи 6 Конвенции, является обеспечение заявителю, насколько это возможно, тех условий, в которых он бы находился, если требования статьи 6 Конвенции не были бы нарушены (см. Постановление Европейского Суда по делу “Пиерсак против Бельгии (статья 50 Конвенции)” (Piersack v. Belgium (Article 50) от 26 октября 1984 г., Series A, N 85, p. 16, § 12, и, mutatis mutandis, Постановление Европейского Суда по делу “Генчель против Турции” (Gencel v. Turkey) от 23 октября 2003 г., жалоба N 53431/99, § 27). Европейский Суд приходит к выводу, что этот принцип также применим в настоящем деле, учитывая установленные нарушения (см. для сравнения Постановление Европейского Суда по делу “Познахирина против Российской Федерации” (Poznakhirina v. Russia) от 24 февраля 2005 г., жалоба N 25964/02, § 33* (* Опубликовано в “Бюллетене Европейского Суда по правам человека” N 7/2005.), и упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу “Сухобоков против Российской Федерации”, § 34). Заявительнице было оказано препятствие в получении денежных средств, которые она законно ожидала получить на основании решения Ленского районного суда Республики Саха (Якутия) от 3 апреля 2003 г. Учитывая характер установленных нарушений, Европейский Суд полагает разумным присудить заявительнице в возмещение материального ущерба денежную сумму в евро, эквивалентную той, которую она получила бы, если судебное решение от 3 апреля 2003 г. не было бы отменено, а также сумму любых налогов, подлежащих начислению на присужденные средства. Суд отклонил ее остальные требования о возмещении материального ущерба.

40. Далее Европейский Суд отмечает, что заявительница, должно быть, испытала моральные переживания и разочарование в связи с неисполнением государством судебного решения, принятого в ее пользу, и последующим решением о его отмене. Тем не менее требуемая сумма является чрезмерной. Учитывая принцип справедливости, Европейский Суд присуждает заявительнице 2 900 евро в качестве компенсации морального вреда, а также сумму любого налога, подлежащего начислению.

B. Расходы и издержки

41. Заявительница не представила требований о возмещении расходов и издержек, и, следовательно, нет оснований присуждать ей соответствующее возмещение.

C. Процентная ставка при просрочке платежей

42. Европейский Суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.

На основании изложенного Суд единогласно:

1) объявил жалобу приемлемой;

2) постановил, что имело место нарушение статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в связи с отменой в порядке надзора судебного решения от 3 апреля 2003 г.;

3) постановил, что имело место нарушение статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в связи с неисполнением судебного решения от 3 апреля 2003 г.;

4) постановил:

(a) что власти государства-ответчика в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции обязаны выплатить заявительнице денежные средства в следующем размере:

(i) 2 700 евро (две тысячи семьсот евро) в возмещение материального ущерба;

(ii) 2 900 евро (две тысячи девятьсот евро) в качестве компенсации морального вреда;

(iii) сумму любых налогов, подлежащих начислению на присужденные средства;

(b) что указанные суммы подлежат пересчету в российские рубли по курсу, который будет установлен на день выплаты;

(c) что с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эти суммы должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;

5) отклонил остальную часть требований заявительницы по справедливой компенсации.

Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении было направлено 31 июля 2007 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

Серен Нильсен Христос Розакис

Секретарь Секции Суда Председатель Палаты Суда